Меню
6+

Районная еженедельная газета «Омсукчанские вести»

19.08.2019 11:17 Понедельник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

К 65-летию Омсукчанского района: Джульета, Меренга, Купка...

Автор: Тамила Володина

Ныне опустевшее село Меренга

"Омсукчанские вести" продолжают публиковать рассказы геолога Тамилы Володиной из цикла "Как рождались и исчезали поселки". Ссылки на остальные ее публикации в конце статьи.

Джульета

Есть в районе еще один, необычный вахтовый поселок Джульетта, расположенный в двухстах километрах к юго-западу от Омсукчана на одноименном месторождении. Оно выделяется среди других золото-серебряных объектов района более богатыми содержаниями в руде золота.

Открыто месторождение геологами Дукатской экспедиции Н.В. Григорьевым, А.Г. Колесниковым, Е.И. Сорокиным и Д.С. Булконовой. Джульета – имя Булконовой – стало именем рудника. У месторождения с романтическим шекспировским названием счастливейшая судьба. В 1989 году геологи нашли его, а уже в 1996-м защитили запасы золота и серебра. Спустя пять лет после защиты запасов – 12 октября 2001 года – состоялся запуск горно-обогатительного комплекса, который включает в себя: рудник, золото-извлекательную фабрику, вахтовый поселок на двести восемьдесят человек и подъездную дорогу. Условия работы и проживания в вахтовом поселке более чем достойные. Я была там зимой, и уровень комфорта поразил нас, приехавших из холодного Дуката. А самое главное, что рудник состоялся именно тогда, когда все вокруг рушилось. Он дал возможность хотя бы немногим жителям района жить достойно.

Меренга

Особое место в истории населенных пунктов района занимало национальное село Меренга. Оно было первым на территории будущего Омсукчанского района и единственным, образование которого не связано с находками геологов. Просто кочевавшим эвенам показалась привлекательной оседлая жизнь, про которую им рассказывали те, кто побывал в поселках Оле, Буксунде. Существует красивая легенда: «Задумали эвены жить вместе, но нужно было для этой жизни найти самое красивое место. И разъехались по тайге мудрые и быстрые люди. Тайга большая, красивых мест много. У одного из искателей сломались лыжи. Сняв обломки, он выпрямился и застыл в изумлении. Красота места поразила его. Лунным сиянием отблескивала река, стоящие по берегам могучие тополя, казалось, охраняли это сияние. Вдали над вершинами сопок переливчатым светом сверкали ясные зори. Чтобы не утерять это место, человек к вершине тополя прикрепил обломки лыж – меренги. Не дошел он с хорошей вестью до стойбища – погиб в пути. Но люди увидели меренги на вершине тополя...»

Так появилось село Меренга. И было это в конце тридцатых годов, когда остальная территория будущего Омсукчанского района оставалась еще загадочным белым пятном на карте.

Как-то раз мне пришлось ночевать зимой в машине, на одном из плесов реки Вилиги у села, и задержаться там до следующего вечера. Пока было светло, сидели у костра. Багровое солнце, не успев подняться из-за конусообразной сопки южной стороны села, через каких-нибудь три часа уже скрылось за сопками на его западной стороне. Там, на западе, еще долго голубело светом, а с трех других сторон – полыхал закат. Из таких мгновений и складывается то необъяснимое притяжение северян к своему краю. Потому так бережно хранится в памяти все, что увидел и пережил.

Проезжала Меренгу несколько раз: за ягодой, на рыбалку, по приглашению главы села Галины Ефимовны Щегловой. Особо запомнились встречи с сельчанами, их своеобразный уклад жизни, культура, увлекательные рассказы о прошлой жизни. Интересен В.С.Духинов, для которого история села, как мне показалось, вся его жизнь.

От Омсукчана на протяжении ста километров вдоль трассы тянутся красивые леса, сверкают серебром реки. Трудно поверить ныне живущим, что эти места – молчаливые свидетели невольничьей жизни и мученической смерти людей, строивших трассу Пестрая дресва – Омсукчан…

Меренга всегда появлялась как-то неожиданно. За подъемом открывалась широкая долина самой красивой и многоводной реки района – Вилиги, а затем небольшое, из двух улиц, село. Прямо за селом – тополиная роща, а за ней – вековой лиственничный лес. Летом в реке полно рыбы, в лесу – голубики, жимолости, брусники, грибов. Со всех сторон долины возвышаются горные хребты. В ночи цепочкой сияли электрические огни. Светились окна в клубе, в библиотеке, школе-интернате, в больнице, в домах...

Такой была Меренга – село, бывшее центральной усадьбой колхоза «Новый путь», который образовался в 1957 году. Он, в свое время, занимал значительное место в экономике района и был основным поставщиком говядины, свинины, оленины, рыбы и рыбных деликатесов... В начале семидесятых колхоз приобрел сейнер, катер, оборудование для зверофермы...

А главное, в селе было привольно жить эвенам, однажды выбравшим это место для своих домов. Рядом река, богатая рыбой, и какой – горбушей, кетой... А земля какая щедрая: травы на иных лугах поймы Вилиги по пояс. У сельчан – грядки с капустой, картофелем, а уж об огородной зелени и говорить не приходится – всякая росла. И для оленеводства – исконного занятия эвенов – пастбища есть, и климат по колымским меркам лучше не пожелаешь.

...От последнего посещения Меренги остались боль и недоумение. Красивые дома, клуб, школа, больница – полуразрушенные. Везде грязь, мусор, стаи воронья.

Жители вывезены в Омсукчан, где влачат недостойное человека существование. Их укоряют в инертности, безынициативности, бездействии, лености и пьянстве. Последнее вызывает во мне острое чувство протеста. Доверчивые и добродушные дети природы чтили своих предков, жили без запоров на дверях... Охота и рыбалка, пушной промысел и домашнее животноводство – таков уклад их жизни. Эвены, как могли достойно, преодолевали трудности жизни и превратности судьбы в условиях Севера. Пришла советская власть, собрала их в колхозы, стала учить жизни в коллективе, приучать к общественному труду, опекала и чуть ли не за руку водила от рождения до смерти. За это время они утеряли самобытность, подзабыли свои традиции, ремесла и родной язык... Привычный мир рухнул.

За десяток лет пришла в упадок и трасса, строительство которой в 1941 году потребовало стольких жизней.

Были поселки, которые обеспечивали остановку, отдых и пищу людям, едущим в удаленные от Магадана, районы. Тем, кто, как писал Вадим Кикирев «...разбудили этот край, своим дыханьем отогрели».

Купка

В 1954 году, когда состоялось юридическое оформление Омсукчанского района и началось движение по Гербинской трассе, поселок под названием Купка появился для обслуживания дороги, водителей и пассажиров. Он долгие годы добросовестно выполнял свою задачу, его знал каждый житель района, от мала до велика, потому что все хоть раз в жизни проезжали мимо. Я впервые побывала там, когда ехала из Усть- Омчуга (Тенька) в Омсукчан в 1968 году. Он показался мне очень похожим на поселок Мадаун, что на Тенькинской трассе.

Купка была желанным пунктом для водителей, потому что после нескольких напряженных часов за рулем они могли отдохнуть в уютной гостинице, вкусно пообедать, заправиться и починить, если нужно, машину. Небольшая гостиница, построенная у въезда в поселок, предлагала путникам постель, горячий душ и могла принять сорок человек.

Людмила Владимировна Верхогляд приехала в район в июле 1969 года и стала работать оператором движения в Купке.

- В то время, – рассказала она, – в поселке было два главных хозяина – леспромхоз и автобаза. Находились здесь также филиалы дорожного управления и нефтебазы. Автобазой руководил Анатолий Павлович Яценко. Благодаря его усилиям и была построена гостиница, принявшая в 1969 году первых гостей.

В поселке работали котельная и электростанция, которые содержал леспромхоз; школа, детский сад, клуб, пекарня, столовая, почта.

Труд операторов движения на первый взгляд спокоен, но это не так. Например, подает свою путевку только что прибывший водитель и надо быстро оформить документы, оформить человека на ночлег. А в месяц их бывало до семисот.

Людмила Владимировна задумалась, а затем продолжила: «Знаете, как популярна была столовая – все проезжавшие мимо старались у нас перекусить. А повара постоянно колдовали на кухне, чтобы меню было разнообразным, а блюда вкусными. Пирожки с брусникой, пельмени — пальчики оближешь, замечательный брусничный морс. Столовая утопала в зелени – цветы были на окнах и стенах».

Были в поселке автозаправка и дорожная дистанция Омсукчанского управления автодорог. В ее маленькой конторке всегда можно было застать кого-нибудь из дорожных рабочих, без труда которых трасса не смогла бы существовать.

Слушая Людмилу Владимировну, я видела перед глазами развалины Купки и Мякита... Как будто угадав мои мысли, она сказала:

– В 1991 году жизнь начала разваливаться. Резали по живому, но трасса только тогда безопасна, когда о ней заботятся. У нас ведь была селекторная связь со всеми поселками Колымы.

За тридцать с небольшим лет жизни в районе Купку проезжать приходилось довольно часто. Особенно люблю места в окрестностях поселка. Когда едешь со стороны Омсукчана, дорога идет сначала вдоль сопок, вытянувшихся справа длинной горбатой цепочкой. На них изобилие брусники осенью и фиолетовых прострелов весной, когда в Омсукчане еще лежит снег. Дорога прижимается к сопкам, потому что слева подступает крутой обрыв, а внизу – разноцветное море леса.

При подъезде к поселку справа над дорогой нависают скалы. За ними уникальное место, где растет бурая смородина. Два года назад, в жаркий июльский день, мне довелось здесь побывать. В какой-то момент, поднимаясь, глянула вниз и, показалось...

Внизу – река, величественный мост, залитый солнцем поселок у реки... Расстояние сыграло злую шутку – с высоты дома поселка казались живыми. Чудилось, что в белом одноэтажном домике с тополем у крыльца откроется дверь и выйдет хозяйка. Но иллюзия быстро рассеялась.

Еще один фрагмент подсовывает беспокойная память – поездка через уже разрушенную Купку. Введен в строй новый мост. Ледоход. Я никогда не предполагала, что довольно спокойная река может быть такой разъяренной. Огромные глыбы льда неслись, тесня друг друга. Лед был разный, казалось, река собрала его из многих мест. Среди прекрасных, светлых, голубых и изумрудных были грязные, серые, бурые... И все брошены рекой в дикий водоворот.

Все это пронеслось в мыслях, пока, погрустнев, молчала моя собеседница. В этом молчании было недоумение нашего поколения, которому довелось увидеть разрушение построенного им, и, увы, не во благо.

А Купка лежит недочитанной книгой, очень нужной, но брошенной, то ли случайно, то ли по недомыслию...

«Купкэ» – мешок из шкуры нерпы, снятой чулком. Он используется для хранения нерпичьего жира. По преданию, в давние времена орочи (эвены) обратили в бегство своих врагов. Те были напуганы и убежали, побросав свои луки и мешки с пищей. Отсюда и название поселка – Купка.

Продолжение следует…

Прочитать про поселок Галимый можно здесь.

Публикация о Дукате — здесь.

Другие рассказы Тамилы Петровны Володиной об истории района: "Здесь каждый шаг легендою окрашен", "Сначала было олово".

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

84